Последние публикации
  • 09.06.2015
    Система росписи Софии Киевской

    Система росписи Софии Киевской разрабатывалась, несомненно, при активном участии митрополита Илариона, в Слове о Законе и Благодати он показывает хорошее знакомство с книгами Ветхого Завета. Уже в первых строках Слова Иларион дает картину истории религии во всемирно-историческом... 
    [Читать полностью]

Партнёры

Аристотель Фиораванти

Аристотель ФиоравантиАристотель Фиораванти, опытный архитектор и инженер родом из Болоньи, вскоре по прибытии в Москву приступил к разборке стен разрушенного здания Кривцова и Мышкина. А в июле «начат рвы копати на основание церкви пречистой Богородици, глубина рвов две сажени (то есть около 4 м. — Т. Т.), а во ином месте и того глубле». В основание фундамента были забиты дубовые сваи.

«На первое лето изведе ея из земли Аристотель». За ходом работ, выполнявшихся московскими мастерами «по указу» итальянского зодчего, подробно следили летописцы, отмечавшие новшества как в методах строительства, так и в технических приемах.

Фиораванти возводил собор «по своей хитрости, а не яко же московские мастеры», и эта совместная работа стала настоящей школой для русских зодчих, которые впоследствии сочетали опыт, заимствованный у итальянского архитектора, с собственными навыками. Фиораванти строил собор в смешанной технике, перемежая традиционные тесаные блоки белого камня, употреблявшегося им в кладке стен, с кирпичом, которым были выложены столпы, своды и барабаны глав, что значительно облегчило нагрузку верхних частей здания на стены и опоры. Кирпич, изготовленный по специальному заказу итальянца в Калитникове, отличался от применявшегося на Руси не только размерами (28,9 X 11,1 х 6,7 см), но и особой прочностью, что позволило выложить своды и барабаны глав в толщину одного кирпича.

Известь, употреблявшаяся при постройке, была «как тесто густое» и так прочна, что, по утверждению летописца, «яко наутрие засохнет, то ножом не мощи разколупати». Для того чтобы конструкцию храма сделать более прочной и жесткой, в стены были заложены не дубовые связи, обычные для того времени, а железные. Само здание возводилось «все в кружало да в правило», то есть с помощью циркуля и линейки, на основе точных расчетов, с использованием новых приспособлений и инструментов, что значительно удешевляло и ускоряло строительство.

Уже в 1478 году постройка была почти завершена, в последующий сезон проводились лишь отделочные работы и покрытие глав новгородскими мастерами «преже древом хорошо велми и по древу железом Немецкым». 12 августа 1479 года состоялось торжественное освящение нового Успенского собора митрополитом Геронтием в присутствии епископов и великого князя.

Архитектурный облик храма поражал современников Фиораванти и продолжает изумлять нас до сих пор сочетанием традиционности и оригинальности. Подобно своим незадачливым предшественникам, итальянский зодчий получил указание строить храм по образцу Успенского собора во Владимире — типичного крестовокупольного сооружения, архитектурная схема которого с древнейших времен варьировалась в русском зодчестве как основной тип культового здания.

Чтобы познакомиться с русским зодчеством, Аристотель Фиораванти совершил в первую же осень после своего приезда на Русь путешествие во Владимир и другие северные города. Но, будучи мастером, воспитанным на образцах ренессансной архитектуры, он существенно переосмыслил и наполнил новым содержанием традиционную русскую схему. Несомненно, величественная архитектура владимирского собора с его мощным пятиглавием, гладью и подчеркнутой массивностью белокаменных стен, декорированных аркатурно-колончатым фризом, спокойным ритмом полукружий закомар и объемными выступами апсид, произвела на итальянского зодчего сильное впечатление.

Недаром, глядя на древние церкви Владимира, Фиораванти дал им высшую возможную для иноземца оценку, посчитав, что они выстроены его соотечественниками. Многие из перечисленных черт владимирской архитектуры были перенесены им в новое здание.

Но образное решение московского Успенского собора, идейное наполнение архитектурной формы принципиально отличают его от домонгольского образца. Новый собор впервые осознается как первопрестольный храм не отдельного, пусть самого сильного княжества, но единого централизованного Русского государства.

В его монументальном и величественном кубическом объеме ощущается особая, неведомая предшествующей русской архитектуре кристальная ясность, геометрическая четкость пропорций. Архитектура собора с трудом укладывается в привычные понятия о крестовокупольной постройке. Ветви центрального креста, образуемого пересечением главных нефов, не выделяются по величине, не создают игры объемов различных частей сооружения, столь характерной для архитектуры русских церквей.

Все вертикальные прясла имеют равную ширину и высоту, что рождает ощущение монолитности объема, подчеркивает выразительность фасадов здания. Ориентация на фасадное, а не объемное восприятие сооружения рассчитана прежде всего на включение его в ансамбль Соборной площади.

Читайте так же:

Комментарии запрещены.

История икон и иконописи