Последние публикации
  • 09.06.2015
    Система росписи Софии Киевской

    Система росписи Софии Киевской разрабатывалась, несомненно, при активном участии митрополита Илариона, в Слове о Законе и Благодати он показывает хорошее знакомство с книгами Ветхого Завета. Уже в первых строках Слова Иларион дает картину истории религии во всемирно-историческом... 
    [Читать полностью]

Партнёры

Исторические предпосылки возникновения светских росписей софийского собора

Исторические предпосылки возникновения светских росписей софийского собораПопытки Я. И. Смирнова, как и И. И. Срезневского, удовлетворительно реконструировать первоначальный вид фрески 1651 г. к стенам собора оказались тщетными. Я. И. Смирнов полагал, что фреска продолжалась на южной стене к западу от пилястры, на которой якобы находился центр композиции и были изображены три центральные фигуры, а далее вправо — дочери князя. Однако места на пилястре для расположения трех главных фигур было мало, и поэтому свою реконструкцию он называл «довольно сомнительной догадкой, настаивать на которой мы не решаемся».

Второй вариант реконструкции фрески Я. И. Смирнова еще более невероятен. Он предположил, что композиция могла разделяться на две группы, изображавшие на южной стене сыновей во главе с Ярославом, а на северной — дочерей во главе с княгиней: «на левой (то есть северной.

- С. В.) женской половине церкви можно предполагать аналогичную композицию для женщин» во главе с Ириной. По его мысли, Ярослав преподносил бы модель церкви Христу, а процессию женщин возглавила бы Богоматерь. Далее Я. И. Смирнов делает вполне правильный вывод относительно старого князя в царской шубе, короне с нимбом, скипетром, крестом и мечом в руках на рисунке 1651 г. Однако он считал, что изображение Владимира появилось в результате переделки из первоначальной фигуры Христа, находившейся в центре фрески.

В 1906 г. вышла в свет книга Н. П. Кондакова, посвященная изображению княжеской семьи на миниатюрах XI в., в которой он упоминает софийскую фреску, зарисованную Ф. Г. Солнцевым, и рисунок 1651 г., открытый Я. И. Смирновым. Автор не сомневался, что на фреске изображена княжеская семья, а относительно акварели Ф. Г. Солнцева замечает, что она «верна реальному изображению». На зарисовке Вестерфельда Н. П. Кондаков останавливается подробнее, называя его «польским рисунком», и, совершенно без всяких на то оснований, говорит о нем, как о сочиненной старине и отдаленной тени самого памятника, явившимся результатом «вольной передачи некоторых воспоминаний, вынесенных художником из церкви».

Я. И. Смирнов вполне резонно заметил по поводу критики Н. П. Кондакова, что это никак не «вольная передача воспоминаний, вынесенных художником из церкви» и не «сочиненная старина». В качестве несомненных реалий он назвал орнаментацию плаща Ярослава в виде кругов с «птицами» — орлами и покрывала на головах княгини и старшей дочери. Я. И. Смирнов подчеркнул, что «это — реальная особенность костюма замужней женщины».

Самым невероятным из высказанных Н. П. Кондаковым мнений о рисунке 1651 г. является признание фигуры старого князя византийским императором: «Представляется прежде всего непонятным, что Ярослав подходит, неся модель храма Св. Софии, к неизвестному императору, тогда как на его месте вполне прилично видеть Господа Вседержителя». Далее Н. П. Кондаков предполагает, что, возможно, на месте этого «императора» первоначально было «эмблематическое подобие — святая София Премудрость, в виде царственного ангела огненного цвета, которого императорский орнат дал повод к сочинению здесь фигуры императора». Что же касается одежд, изображенных на рисунке Вестерфельда князей, то он считал: «очевидно [они] вспоминают и реальные великокняжеские облачения XI века».

Читайте так же:

Комментарии запрещены.

История икон и иконописи