Последние публикации
  • 09.06.2015
    Система росписи Софии Киевской

    Система росписи Софии Киевской разрабатывалась, несомненно, при активном участии митрополита Илариона, в Слове о Законе и Благодати он показывает хорошее знакомство с книгами Ветхого Завета. Уже в первых строках Слова Иларион дает картину истории религии во всемирно-историческом... 
    [Читать полностью]

Партнёры

Путешествие посольства Ольги в Византию

Путешествие посольства Ольги в ВизантиюПутешествие посольства Ольги в Византию следует, таким образом, отнести к лету 1465 и осени 1466 сентябрьских годов. Помимо аргументов, приводившихся выше в пользу того, что Ольга посетила Константинополь уже христианкой, можно привести еще и следующие соображения. Представляется совершенно неправомерным мнение о том, что якобы имя «Ольга» в тексте Константина Багрянородного является аргументом в пользу ее язычества. Достаточно указать, что неоднократно упоминаемый Иоанн Скилица в своей хронике, говоря о крещении Ольги в Константинополе, в тексте и подписи к миниатюре называет ее языческим именем, а не Еленой.

То же самое прослеживается и в древнерусских источниках, где князья-христиане называются своими языческими именами. Сообщение о блюде Ольги содержит и другую любопытную информацию.

Если это действительно блюдо, подаренное Ольге императором, с чем согласны упомянутые авторы, то возникает резонный вопрос: как мог император подарить язычнице, хотя и знатной, богослужебное блюдо, украшенное изображением Христа и другими христианскими символами? Далее, почему княгиня-язычница подарила блюдо в. христианский храм, а не отвезла его на Русь в языческий? Все это вполне понятно для Ольги-христианки и трудно объяснимо для язычницы.

Вероятнее всего, блюдо было пожаловано Ольге в числе других «сосудов различных» и затем подарено ею в ризницу столичного собора. Цикл фресок в Софийском соборе в Киеве продолжает официальную концепцию о крещении Ольги в Константинополе, которой следуют византийские и древнерусские источники.

Правда, композиция, изображающая крещение Ольги, подобная миниатюре Радзивилловской летописи, в соборе отсутствует или же, что вероятнее, она не сохранилась из-за больших утрат древней штукатурки. Во всяком случае, дошедшие до нас фрески свидетельствуют о том, что во время строительства собора местом крещения Ольги считался Константинополь.

Об этом можно заключить в связи с митрополичьим рангом Софийского собора, на стенах которого было престижно изобразить пребывание Ольги в Константинополе, императорские приемы и ее крещение. Цикл фресок, посвященный Ольге — первой княгине-христианке, без сцены крещения представляется нам невозможным, поскольку он противоречит общей концепции светской живописи собора, одной из главных задач которой явилось прославление местных деятелей (Ольги, Владимира, Ярослава), связанных с введением и распространением христианства на Руси. Кроме того, на стенах Русской митрополии в Киеве были бы совершенно неуместны какие-либо другие, отвлеченные сцены императорского триумфального цикла, не связанные с историей Руси.

На фресках главное внимание уделено изображению приемов во дворце и на ипподроме, и, видимо, композиции крещения Ольги. То же самое видим в летописи, где из трех миниатюр, посвященных Ольге, на двух изображены приемы во дворце и крещение ее и только на одной — отъезд на ладьях в Русь. Выше отмечалось, что за композицией, изображающей Ольгу на приеме у Константина Багрянородного, в северо-западной башне первоначально находилась какая-то большая фреска, несомненно, относившаяся к той же теме.

Еще и сейчас, несмотря на очень плохую сохранность красочного слоя, можно различить слабые контуры головы императора со стеммой и нимбом, а справа — остатки фигуры с вытянутыми в сторону императора руками и лежащими на них какими-то бесформенными предметами. Позади императора заметны остатки дворцовой постройки с двухскатной крышей. Уцелевшие фрагменты фрески позволяют сделать вывод, что первоначально композиция изображала сцену приношения даров императору посольством Ольги.

На руках человека, стоявшего перед императором, угадываются, скорее всего, меха. Таким образом, и эта сцена соответствует одной из миниатюр Радзивилловской летописи, изображающей приношение даров.

Читайте так же:

Комментарии запрещены.

История икон и иконописи