Последние публикации
  • 09.06.2015
    Система росписи Софии Киевской

    Система росписи Софии Киевской разрабатывалась, несомненно, при активном участии митрополита Илариона, в Слове о Законе и Благодати он показывает хорошее знакомство с книгами Ветхого Завета. Уже в первых строках Слова Иларион дает картину истории религии во всемирно-историческом... 
    [Читать полностью]

Партнёры

«София Премудрость Божия»

«София Премудрость Божия»Икона двусторонняя запрестольная. 69 х 54,5; на обороте — Распятие. Происходит из алтаря Благовещенского собора. Музей «Московский Кремль», инв. Ж-1413.

На верхнем поле надпись белилами на темно-зеленом обрамлении (поздняя запись): «Образ Софии Премудрости Божий». В центре восседает Дева в царственном облачении и в короне, с пурпурно-красными крыльями, на фоне трехслойных кругов темно-синего, белого цвета и голубого и шестиконечного, с золотом, сияния. По сторонам ей предстоят Богоматерь Воплощение и Иоанн Предтеча.

У Предтечи в левой руке свиток со словами: «Се агнецъ Божий, вземляй грехи мира, покайтеся, приближи бо ся вамъ царствие небесное, уже бо и секира при корени древа лежит». Над Левой — полуфигура Христа в розовом двуслойном медальоне с золотым сиянием, благословляющего архиерейски, обеими руками, на фоне четырехконечного золотого сияния. Выше — геометрически правильная тройная дуга преклоненных небес с тремя ангелами с каждой стороны.

В середине — уготованный престол с открытым Евангелием, лежащим на ризе Христа. Риза и орудия страстей — крест, чаша и копне с губой уксуса символизируют крестную смерть Христа. С датировкой иконы первой четвертью XV века трудно согласиться по ряду причин.

Обратим здесь внимание лишь на геометрическую, почти чертежную четкость композиции, что не свойственно иконам начала XV века, а также на глухой тон карнации лика Богоматери. Наиболее вероятная дата произведения — третья четверть XV столетия.

Ближайшей аналогией произведению является икона Софии Премудрости Божией из собрания Н. П. Лихачева, XVI, с несущественными изменениями. Во второй половине XV века Новгород получил значение одного из крупнейших городов Европы (иноземцы утверждали, что он значительно обширнее Рима), оказывал все более активное сопротивление объединительной политике Москвы. Интересы Новгорода и Москвы скрестились прежде всего вокруг северодвинских земель.

Новгородское боярство предвидело возможность лишения Москвой их огромных владений. Над Новгородской республикой нависла угроза утраты той относительной независимости от Москвы, которую приобретал экономически развитый Новгород.

Цельность и единство Руси, как и в первые годы нашествия монголов, поддерживались в основном Церковью: московские князья вместе с титулом великих князей добились еще при Иване Калите переноса в Москву митрополичьей кафедры. Наиболее состоятельная и политически влиятельная часть новгородского боярства, и отчасти — духовенства, оказалась подвержена тенденции сепаратизма.

Но Москва к этому времени, несмотря на внутренние усобицы, уже подчинила себе большую часть земель Северо-Восточной Руси. Был присоединен и Псков — город, по количеству жителей в то время занимавший второе место после Москвы.

Москва предпринимает ряд походов на Новгород (сражения в 1465-м под Руссой и в 1471 году на реке Шелони), окончившихся разгромом новгородских войск. В 1479-1480-х годах Иван III совершил присоединение Новгорода к Москве.

Крупнейшие бояре и купцы (всего около 7000 семей) были переселены из Новгорода в Подмосковье и города Поволжья. Конфискованные у бояр земли отписывались на государя или раздавались служилым людям. Переселенные в Новгород московские купцы, как, например, семейство Сырковых, в короткий срок наживали огромные состояния, строили новые храмы и создавали монастыри.

В конце XV века Новгород был охвачен новой волной еретического движения, получившего название «ереси жидовствующих». Наименование это принадлежит противникам еретиков, в основном Иосифу Волоцкому (в его сочинении Просветитель), но термин не совсем верно отражает смысл, содержание этого идеологического течения.

Оно в известной степени продолжает идеи стригольников в критическом отношении к Церкви в духе «нестяжателей». Для его последователей, во всяком случае, не стоял вопрос о замене христианской веры иудаизмом.

В то время как основой киевско-владимирско-московской Церкви была евангельская почва, в Новгороде Церковь видела истоками религии библейских великих пророков. Моисей, Давид, Соломон, Исайя, Даниил, Иеремия, Иезекииль и сивиллы-пророчицы почитались как прямые посланцы Бога, в их уста богословами вкладывались мысли и слова, вовсе им не свойственные, — как прямых проповедников и первоучителей христианства.

Желание укрепить основы христианской Церкви, будто бы подготовленной «Ветхим законом», оказалось путем, углублявшим церковно-исторические корни, но одновременно и чреватым для Православия немалыми опасностями. «Жидовством» издревле именовали всякую ересь. Со стригольниками «жидовствующих» (или, как их тогда называли, библистов) объединяло антитринитарное учение, но главным вопросом был тезис о секуляризации церковных земель, и потому на первом этапе «жидовство» получило поддержку при великокняжеском дворе.

«Поводом к названию еретиков „жидовствующими» послужил последовательный монотеизм идеологов антицерковного движения и их соприкосновение со средневековой еврейской культурой». Эти настроения передались и части московского духовенства, в том числе и митрополиту Зосиме, и потому ересь именуется новгородско-московской.

Ситуация обострялась ожиданием в конце 7000/1492 года «конца света», «Второго пришествия». Собор 1490 года осудил ересь, в 1504 году подтвердил осуждение. В 1484 году на новгородскую кафедру был направлен архимандрит Чудова монастыря Геннадий, принявшийся со всей энергией искоренять «ереси».

Во всем, что связано было с традиционным для Новгорода предпочтением ветхозаветной тематики, Геннадий усмотрел идейную почву для «жидовства». Как сама 9-я притча Соломона, так и распространившиеся ее толкования в русской письменности, на взгляд владыки, оказались неприемлемыми.

Ему принадлежат знаменательные слова: «как бы вам мнится, Новгород с Москвою не едино православие», и архиерей был недалек от истины. Но София Премудрость стала символом Новгородской республики («где София, там и Новгород»), и ниспровержение ее культа таило в себе опасность. Осознав это, Геннадий пошел на крайние меры, решив повернуть новгородскую Церковь на путь «московского православия».

Наряду с прямыми карательными мерами по отношению к еретикам Геннадий пересмотрел и вопросы внутренней жизни новгородской Церкви, в том числе и вопрос о Софии Премудрости Божией. Геннадий учредил в качестве престольного праздника Софийского собора отмечать день Успения, что приближает к киевскому пониманию Софии как Богоматери. В Кратком летописце новгородском начала XIX века мы читаем такие строки: «О начале Софийского собора.

Софийский собор, называющийся по образу святые Софии Премудрости Божией. А храм Успения Божией Матери».

Читайте так же:

Комментарии запрещены.

История икон и иконописи